Из истории перехода абхазского книжного языка на грузинскую графику

(««См.Начало) Это подтверждается и предложением Б. Аршбы, что для абхазского языка грузинский алфавит надо было использовать полностью.
Наконец, о том, какую пользу принес выбор грузинской графики для абхазского языка. Начнем с того, что с внедрением грузинской графики не последовало навязывание чуждых для абхазского языка правил правописания и праворечия, в то время, как в десятки языках, переведенных в 1931-41 годы на русскую графику, насилием были внедрены правила русского правописания и праворечия, что в этих языках вызывало внедрение чуждых звуков и звукокомплексов. Серьезно пошатнулась артикуляционная база для разговаривающих на этих языках, открылась дорога большому количеству руссоизмов, советизмов и интернационализмов. Например: а абазинском языке, который считается родственным абхазского и которого в 1938 году перевели на русскую графику, обязательным объявили соблюдение следующих принципов:
1. В обязательном порядке должны были использованы все буквы русского алфавита, несмотря на то, были ли в абазинском языке соответствующие звуки. Таким путем в абазинском языке были внедрены совершенно незнакомые языку звуки, что потрясло артикуляционную базу абазинского языка.
2. Для передачи характерных для абазинского языка и не существующих в русском языке звуков использовали множество двух и трехбуквенных комплексов и единственный дополнительный знак, что сделал алфавит неэкономичным.
3. Категорически запретили писание и произношение одолженных посредством русского языка руссоизмов, советизмов и интернационализмов формами, отличающими от русского языка. Якобы создается общий всесоюзный фонд лексики и разница помешает быстрому формированию «Единого Советского Народа». Таким путем абазинскому языку навязали правила русского правописания и праворечия и тем самым способствовали перерождению артикуляционной базы языка.
Наконец, эти драконовские правила принесли абазинскому языку то, что речь нынешнего поколения абазов переродилась, замусорилась и приблизилась к русскому произношению, что создало реальную угрозу будущему этого языка. Это все можно сказать и в отношении тех языков, которые перешли на русскую графику в 1936-1941 годы.
Что касается абхазского языка выбору в 1938 году ему грузинской графики, не последовало навязывание грузинского правописания и праворечия, язык развивался естественно, без всякого насилия. Слова, вошедшие с грузинского языка, писались и произносились так, как этого требовали нормы абхазского языка.
По этим причинам в Абхазском языке в 1938-1954 годах в минимальном количестве вошли руссоизмы, советизмы, интернационализмы, по сравнению с абазинским языком, а картвелизмы были одолжены в очень малом количестве. Если сказать по другому, 1938-1954 годы были периодом сохранения экологического лица абхазского языка. Этот 16 летний период спас абхазский язык от губительного влияния русского языка, временно приостановил процесс русификации. Этого нельзя сказать о следующем периоде (после 1954 года), когда масштабы русификации создали серьезную угрозу абхазскому народу и, к сожалению, создают и сегодня.