Знать и говорить правду

Дата: 08/03/2008
Автор: Русский Базар №32(590) Майя Немировская

Российско-грузинские отношения вызывают у людей несведущих, мягко говоря, недоумение. Что произошло? Почему единоверные государства, которые два с лишним века шли, казалось бы, одним путем, дружили, вдруг разошлись и перестали понимать друг друга? Да - разошлись, да – перестали понимать. Но ошибается тот, кто думает, что произошло это вдруг, когда еще накануне распада СССР Грузия заявила о юридическом и фактическом восстановлении своего государственного суверенитета.
224 года тому назад драматическое состояние страны вынудило грузинского царя Картли-Кахети (Восточная Грузия) Ираклия II обратиться за помощью и покровительством к единственному единоверному соседу – Российской империи. Некогда сильная феодальная монархия – мощный культурный центр восточно-христианского мира, - простиравшаяся от Никопсии (между Сочи и Туапсе) до Каспийского моря и от Осетии до Арагаца (Армения), а в ту пору разорённая, варварски растоптанная монгольскими ордами Тамерлана и Чингисхана, персидскими и турецкими завоевателями, Грузия оказалась на грани демографической катастрофы. Численность ее населения сократилась с пяти миллионов в 1254 году до 700 тысяч в 1770-м. Государство с единой монаршей властью распалось на разрозненные мелкие царства и княжества. Турция и Персия, искореняя христианство, насильственно насаждали ислам, стремясь таким образом обеспечить свое господство в Закавказье.
24 июля 1783 г. в приграничном городке Георгиевске от имени Российской императрицы Екатерины II и Грузинского царя Ираклия II был подписан Георгиевский трактат - межгосударственный договор о дружбе и покровительстве Грузии со стороны России.
По условиям трактата Российская империя брала под покровительство Картлийско-Кахетинское царство, гарантировала его целостность и заботу о возврате захваченных врагом исконно грузинских земель. Царский престол сохранялся за Ираклием II и его потомками. В Грузии были расквартированы два батальона русских войск. В случае войны военный контингент увеличивался. В свою очередь, Картлийско-Кахетинское царство обязывалось признать верховную власть Российской монархии, которая, однако, не имела права вмешиваться в его внутренние дела.
Но эти благие намерения остались на бумаге. Не до Грузии было тогда России, погрязшей в войнах на Балканах, с Турцией, Швецией. Единственно, чем Россия смогла тогда помочь Грузии, это включением в Ясский мирный договор с Турцией (1791 г.). обязательств последней не притеснять Картлинско-Кахетинское царство.
Но существовал и другой, не менее грозный враг Грузии – Персия. И в 1795 году 35-тысячное войско Ага-Магомед-хана вторглось в Восточную Грузию, уничтожая ее огнем и мечом.
В такой трагической обстановке Грузинский царь Георгий XII скончался в Петербурге, где он находился вместе со своим двором. И, не в пример матушке, Российский император Павел I оперативно решил затянувшуюся и наскучившую ему «грузинскую проблему».
Перебросив в Грузию полк русских войск, он, спустя месяц после кончины Георгия XII, 16 февраля 1801 года обнародовал в Тбилиси манифест об упразднении Картлийско-Кахетинского царства и присоединении его к России (окончательно утверждено 12 сентября 1801 г. Манифестом Александра I).
Вскоре, несмотря на сопротивление, та же участь постигла Имеретинское царство и все княжества Западной Грузии (Мингрельское, Гурийское, Абхазское, Сванетское). К 30-м годам XIX века царская Россия, объединив разрозненные грузинские земли, присоединила их к империи и таким образом укрепилась в Закавказье. А на карте мира вместо некогда могущественного Грузинского государства появилась Грузинская губерния. Разбитая на отдельные уезды, она управлялась царским наместником - правителем Грузии, а уезды - русскими капитан-исправниками. Государственным языком губернии был объявлен русский. Преподавание в учебных заведениях, судо- и делопроизводство на грузинском языке запрещались.
Так, в начале XIX века Россия аннексировала и более чем на столетие превратила в свою колонию суверенное государство – Грузинское царство.
Борьба за воскрешение государственности Грузии, национальное самоопределение жестоко подавлялась полицейско-жандармским режимом. И не удивительно, что в народе, который подвергался национальной и классовой дискриминации, идеи социал-демократии дали такие буйные всходы.
Грузинский народ от души приветствовал победу в России февральской революции 1917 года, освободившую его от гнета российского самодержавия, и рождение 26 мая 1918 года Грузинской Демократической Республики.
Без малого три года Республика в тяжелейших экономических, политических и военных условиях героически боролась за свое существование. На юге – открытая линия бывшего Русско-Кавказского фронта, откуда дезертировали русские войска; внутри - стремящиеся перехватить власть большевики; на севере – не признающая суверенитета Грузии Советская Россия.
Географическое расположение Грузии, недра, природные богатства, порты Черноморья, важнейшие стратегические и экономические пути имели решающее значение для укрепления позиций России на Кавказе. «Мы не признаем ни независимости Грузии, ни дипломатического представителя Грузии, ни грузинского правительства, которое Советская власть считает группой восставших, борющихся против законной власти России», - официально заявлял замнаркома иностранных дел России Л. Карахан.
И все же Советская Россия была вынуждена 7 мая 1920 года заключить мирный договор с Грузией, признав ее независимость. Грузинскую Демократическую Республику признали все страны Европы, а также Япония и Мексика; исключение составляла лишь Великобритания, считавшая проблемы Грузии – внутренним делом России.
Подписывая договор, который В.И.Ленин характеризовал как «договор о дружбе», правительство Грузии надеялось этим защитить страну от вторжения Красной Армии, которая заняв соседний Азербайджан, содействовала его советизации.
На протяжении десятилетий большевики, а с их подачи советские историки, уверяли, что 16 февраля 1921 года 11-я Красная Армия вошла в Грузию по призыву восставшего против меньшевистского правительства народа, который обратился за братской помощью к Советской России. Что якобы этот «ликующий народ» встречал «армию-освободительницу» хлебом-солью и цветами...
Не было ни просьб «о братской помощи», ни ликования, ни цветов!
Мне посчастливилось немало лет жить и работать в Грузии. Не раз я слышала о том, как Россия в результате агрессии совершила насильственную советизацию суверенного Грузинского государства. Однако довериться рассказам неофициальных лиц я, журналист, не имела права, тем паче что они принципиально противоречили официальным советским источникам.
Тщетно пыталась я найти в Публичной библиотеке, Госархиве Грузии письменные свидетельства событий тех дней: изъято, засекречено... Все точки над «i» расставил 9 апреля 1991 года доклад на Чрезвычайном заседании Верховного Совета Республики Грузия в то время его Председателя – несколько позже - первого Президента Звиада Гамсахурдиа.
После захвата 11-й Красной Армией Баку С. Орджоникидзе, С. Киров, и командарм А. Геккер настойчиво рекомендовали ЦК РКПБ произвести незамедлительную советизацию Грузии. Но указывалось и на то, что «... ее население вражески настроено к Красной Армии», а потому «...нападение на Грузию и вторжение в Тифлис должно произойти только и только после хорошей подготовки...». В начале 1921 года такой план свержения законного правительства Республики и ее насильственной советизации был разработан. Поводом была использована давняя сложная обстановка в Лорийской нейтральной зоне – спорной между Арменией и Грузией, где находился грузинский гарнизон. Спровоцировав этнические беспорядки и назвав их «народным восстанием», Ревком Грузии, срочно созданный за ее пределами, обратился к Советской России за «помощью восставшим». И эта «помощь» незамедлительно последовала.
Войска 8-й, 9-й, 11-й, 13-й армий, кавалерия Буденного и Жлобы напали на Грузию из Армении и Азербайджана, с Северного Кавказа. Только 11-я Армия насчитывала 25 тысяч штыков и четыре тысячи сабель. Что, казалось, могла противопоставить такой профессиональной военной силе молодая Республика, едва начавшая строить свои вооруженные силы, большей частью скованные на границе с Турцией? И все же малочисленные, плохо вооруженные части Грузинской национальной армии и Грузинской гвардии грудью стали на защиту Республики. Жестокие бои разгорелись на Кахетино-Закатальской линии, в Ознаури, других местах. Грузинские воины сумели остановить агрессора неподалеку от Тифлиса - у стратегически важного Пойлинского моста, успев взорвать его.
... Вскоре после доклада Звиада Гамсахурдиа друзья позвали меня на проводимую культурно-благотворительным обществом «Тбилисели» гражданскую панихиду по грузинским воинам, павшим в борьбе за независимость Грузии в феврале 1921 года. У небольшого горного селения Коджори, что километрах в тридцати от Тбилиси, мы спустились в овраг. Даже миновавшие десятилетия не смогли сравнять с землей сотню могильных холмиков. Когда-то вечный покой погребенных здесь охраняла сельская часовенка. Увы, охраняла недолго. Ее разрушили большевики вскоре после советизации Грузии, чтобы даже в памяти народной стерлось это скорбное захоронение.
Не стёрлось. Хотя не было здесь ни могильных плит, ни простого могильного креста.
Кто похоронен на этом безымянном погосте? Курсанты Тбилисской юнкерской школы. 180 юнкеров стали на пути агрессора, когда, остановленный в бою у Пойлинского моста, он двинулся на Тбилиси в обход по горным дорогам. 111 из них не суждено было стать офицерами, 34 – расстреляно в ГрузЧК, остальным удалось эмигрировать следом за своим правительством.
Оккупировать маленькую Грузию, не способную противостоять многотысячной армии, оказалось куда проще, чем насильственно советизировать ее. В исконно аграрной стране рабочий класс составлял лишь немногочисленную прослойку общества и не играл в его жизни какой-либо значимой роли. Грузинский крестьянин, получивший от Республики долгожданную землю, вовсе не желал отдавать ее в общественную собственность, а кустарь - терять право на свободный промысел.
Чтобы советизировать Грузию, предстояло заставить её если и не поверить в советскую власть, то хотя бы подчиниться ей, принять её образ жизни, убедить в ошибочности политики меньшевистского правительства и правоте большевиков. Осуществить эту сложную задачу, казалось, успешнее всего можно руками самих же оставшихся в Грузии лидеров грузинских социал-демократов. Но выяснилось, что они и не собираются менять свои политические взгляды. И юрист Владимир Ленин решил принудить их к этому путем ... заложничества.
Заложничество как мера воздействия на человека (группу лиц), принуждающая к исполнению каких-либо действий (или бездействий), - не оригинальное изобретение большевиков. Её автор родом из первобытно-общинного общества, дикарь. Уже тогда брали в заложники вождей племен, детей, наложниц, принуждая прекратить войну, уступить занимаемую территорию...
В цивилизованном мире, где положено властвовать закону, заложничество считается уголовно-наказуемым деянием, т.е. преступлением. Да и посыл его изменился: выкуп с целью обогащения, возврата пленных, освобождения заключенных... Но политического заложничества – преступления, официально совершенного государством, преследующим цель принудительного отказа не только от личных политических взглядов, но и отказа от них от имени целого народа (в данном случае грузинского), мир еще не знал, – не знает и поныне. Советская Россия такое преступление совершила, и по сей день его правопреемник – Россия современная – за него не покаялась.
В заложники определили 53 видных социал-демократа во главе с Григолом Лордкипанидзе, военным министром в бывшем правительстве Республики.
Найти какие-либо письменные свидетельства о нем в Госархиве Грузии не удалось. Однако мне повезло: я познакомилась с сыном Григола Спиридоновича - Теймуразом, свято сохраняющим переданные ему матерью исторические документы. Среди них философский очерк «Думы о Грузии», монография «Кого убивали большевики» и другие материалы, написанные в советских тюрьмах, лагерях, ссылке.
Когда в 1921-м, после внезапного вторжения Красной Армии в Грузию, правительство Республики и его единомышленники вынужденно эмигрировали, Григол Лордкипанидзе остался. Пассивная жизнь эмигранта была не для него. К тому же, он наивно поверил обещаниям соратника по многолетней подпольной революционной работе, царским тюрьмам и ссылкам Серго Орджоникидзе, что не будет подвергнут репрессиям и сможет продолжать дело всей своей жизни - служение Грузии. Обещания Орджоникидзе хватило на три месяца. Лордкипанидзе арестовали и заключили в Тифлисскую тюрьму как «неблагонадежного».
В конце 1922 года, после 17-месячного, без следствия и суда, тюремного заключения 53 политзаключенных - видных грузинских социал-демократов - перевезли в Москву в Таганскую тюрьму. Среди них находился и Григол Лордкипанидзе. Его сын Теймураз познакомил меня с копией заявления, направленного политзаключенными Льву Троцкому:
«1. По постановлению соответствующего органа Русской оккупационной армии в Грузии (т.н. ГрузЧК) мы, 53 гражданина Грузии ... вывезены ... в Россию в качестве пленников и заложников от грузинского народа. Части вверенной Вам оккупационной армии уже доставили нас в Москву.
.... Ходатайствуем о следующем: Содержать нас как пленников, согласно существующим международным правилам....
2. Допустить к нам представителя Международного Красного Креста.
Подписали: Пленные и заложники от Республики Грузия....»
Чего же ждали большевики от своих политических заложников? Покаяния за инакомыслие. Просьбу о прощении за него. Но не только от себя лично, а от имени всего грузинского народа за его признание бывшего (меньшевистского) правительства низвергнутой большевиками Демократической Республики Грузии.
Не дождались.
Не дождались, несмотря на кровавую ликвидацию движения за национальную независимость - так называемое «меньшевистское восстание» в Грузии в 1924-м. Несмотря на казнь в Суздальской тюрьме, где содержались заложники, 24 руководителей этого восстания. Несмотря на то, что вагоны-пульманы, до отказа набитые арестованными восставшими и сочувствующими им, расстреливали из пулеметов...
Устав ждать, назначили заложникам «на глазок» наказание – три года тюремного заключения. Но за девять месяцев до истечения срока неожиданно объявили о досрочном освобождении с последующим поселением в России и запретом въезда в Грузию. Эту милость заложники восприняли как величайшее оскорбление своего гражданского и политического достоинства.
« ... В одном из многочисленных Постановлений... указано, что мы будем «сидеть в тюрьме пока не сознаемся в своих ошибках», «не покаемся»... и т.д., – говорится в их гневном письме в ЦИК и Совнарком СССР. Наш арест, многолетнее заключение и вывоз в Россию основаны на двух наших «преступлениях».
Первое, и в данном случае главное, заключается в том, что мы -грузины не только по происхождению, но и по своему гражданскому сознанию. И вот по совести заявляем, что эта наша прирожденная «преступность» за это время ни в малой степени не ослабела, может, даже обострилась, благодаря тем величайшим несчастьям, которые обрушиваются в последнее время на нашу страну.
Второе наше «преступление» - это то, что мы, хотя и не прирожденные, но все же неисправимые социалисты марксистского направления. Мы и сейчас остаемся марксистами-«староверами». ...Повторяем, никак не можем найти в себе даже намека на чувство раскаяния в том, что с юношеских лет по свободной совести и по мере разумения находились в революционно-социалистических рядах народа Грузии...
Россия, Владимирская губерния, город Суздаль.
Тюрьма особого лагеря ОГПУ, март 1925 г».
...Советские должностные лица всех рангов проигнорировали это письмо.
21 декабря 1929 года страна торжественно отмечала 50-летие И.В. Сталина. Пожалуй, подобная акция явилась первым публичным утверждением уродливого явления «культа личности», под знаком которого советским людям предстояло жить впредь еще долгие годы.
В этот день Григол Лордкипанидзе, находящийся в ссылке, направил признанному страной «вождю» телеграмму:
«Москва. Кремль. Сталину.
Сегодня Вы - триумфатор. В римских триумфах участвовал специальный раб, который напоминал великому победителю о его отдельных ошибках и об изменчивости судьбы. При средневековых русских царях критика была представлена в лице юродивых. Рабы римских августов и русских царей пользовались иммунитетом.
Не будучи ни на запятках триумфальной августейшей колесницы, ни придворным юродивым, я, разумеется, на такой иммунитет не рассчитываю и все-таки позволю себе внести некоторый диссонанс (все равно его никто не услышит) в тот хор славословия, который окружает Вас сегодня в день Вашего полстолетия.
Хочу напомнить, что с Вашим юбилеем совпали два важнейших, вопиюще противоречивых и Вами же созданных исторических факта из области национальной политики: предоставление таджикам прав союзной республики и в то же время окончательная ликвидация остатков автономии Грузии, Армении, Азербайджана и превращение их в единое русское Советское наместничество....
Вместе с наилучшими юбилейными приветствиями пожелаю, чтобы Вас и Ваших соратников не окончательно пленили исторические тени древнерусского Кремля и чтоб московскому великодержавию не удалось более драпироваться в пурпурную тогу великой идеи интернационализма. Григорий Лордкипанидзе.»
В январе 1937 года, когда минул семилетний срок очередной ссылки и Григол Спиридонович уже готовился к отъезду в Грузию, его вновь схватил отдел НКВД г. Воронежа. Особое совещание осудило его и других социал-демократов грузин на пять лет заключения в сибирский Горноборский ИТЛ. Однако в Кузнецке Григола Спиридоновича сняли с этапа и куда-то увезли.
И только 20 лет спустя стало известно, что 2 сентября 1937 года, в день рождения, Григол Лордкипанидзе был зверски замучен бериевскими палачами во время допроса в Тбилисской тюрьме.
Такова судьба политического заложника Советской России - одного из самых ярких и бескомпромиссных политических деятелей Грузии прошлого века социал-демократа Григола Лордкипанидзе. А сколько еще аналогичных судеб! В годы сталинских репрессий, а в Грузии они были «бериевскими», безжалостно срублен самый талантливый цвет творческой, научной, политической национальной интеллигенции. В процентном отношении к численности населения Грузия по количеству репрессированных и убиенных занимает в СССР первое место. Не зря Сталин, «вождь народов», никогда (никогда!) не переступал Абхазско-Грузинской границы, даже не приехал на похороны матери, что свято для грузина. Боялся. Здесь слишком хорошо его знали. И, несмотря на национальную гордость за его величие, за деспотическую власть над Россией, тиранившей Грузию, не простили.
Итак, подведем итог исторических взаимоотношений суверенных государств – Грузии и России, юридически связанных двумя дружественными договорами:
Георгиевским трактатом 1783 года между Грузинским и Российским царствами;
Договором от 7 мая 1920 года между признанной мировым сообществом Демократической Республикой Грузией и Советской Россией.
Первый нарушен в 1801 году, когда Российская империя аннексировала Грузинское царство и превратила его в свою колонию;
Второй нарушен Советской Россией в феврале 1921 года, когда она силами Красной Армии оккупировала Грузию и советизировали ее.
Подлинная политическая оценка этой акции дана самими большевистскими руководителями:
И.Сталин: «военное вмешательство и оккупация Грузии»;
Л. Троцкий – «военная интервенция».
Б. Ломинадзе, секретарь ЦК КП Грузии: « В 1921 году нашей революции пришлось начать дело с захвата Грузии штыками Красной Армии».
В официальных заявлениях и меморандумах эмиграционное правительство Демократической Республики Грузия закономерно обвиняет Советскую Россию в грубом нарушении международного правового статуса суверенной республики, игнорировании основных положений союзнического договора и начале военных действий без причины и без объявления войны.
9 апреля 1991 года Чрезвычайное заседание сессии Верховного Совета Республики Грузия приняло Акт «О восстановлении государственной независимости Грузии».
Система Orphus
:. Реклама
.: ТОП Статьи
:. Реклама
  • .: Абхазия сегодня
    :. Реклама
    Rambler's Top100
    © Наша Абхазия